перейти на портал

Журнал LEX RUSSICA (РУССКИЙ ЗАКОН)

ISSN: 1729-5920

Маски суверена: «республика» — «монархия»
Masks of the Sovereign: «Republic» — «Monarchy»

Опубликовано в номере 12 за 2015 год

DOI: нет данных

Автор: И. А. Исаев / Author: I.A. Isayev

Рубрика: Философия права


  1. В статье дается анализ исторического процесса трансфор- мации политических форм в их соотнесенности с таким явлением, как су- веренитет. В основу исследования положены концепции полузабытого ита- льянского мыслителя и правоведа Джамбаттиста Вико, а также теории суверенитета, сформулированные Жозефом де Местром и Алексисом Токви- лем, известными идеологами контрреволюции во Франции. Своеобразной «матрицей» политических форм для этих идеологов всегда оставался образ Рима как политической и многоаспектной системы. Именно там были юридически сформированы такие принципы, как «республиканство» и «монархизм», оказавшие решающее влияние на все дальнейшее политиче- ское развитие Европы. Смена политических форм не затрагивала, однако, сущ- ность государственности, представленной в виде суверенитета. Суверенность предполагает присутствие свободы и равенства — двух на- чал, которые находятся в состоянии взаимного дополнения и противоречия. Французская революция довольно быстро продемонстрировала, что равен- ство как фактор политический приходит в столкновение с политической свободой. Процессы государственной централизации, основанные на поли- тическом и правовом равенстве, порождают авторитарные тенденции, корректирующие первоначальные цели революции. Республиканские начала оказываются нетождественными началам демократическим. Монархии но- вого типа всегда готовы прийти на смену республикам. Суверенитет создает собственное представление о справедливости, ос- новополагающем понятии права. Но для монархии и республики справед- ливость обозначает различное понятие закона и юстиции. Со временем рождается и понятие социальной справедливости, которое теснит юриди- чески-нормативистское и политическое определение справедливости. По- воротным пунктом в этом процессе явилась революция. В то же время ре- лятивистские взгляды Вико на политическую форму и справедливость были поддержаны нарождающимся политическим романтизмом в Европе, от- крывшим новые перспективы для политико-правовой теории и практики. Суверенитет в качестве особого правового статуса может быть выражен в коллективной или индивидуальной форме. Суверенитет не тождествен дик- татуре, хотя включает в себя элемент господства. Диктатура предполага- ет срочность своего существования и ситуацию чрезвычайного положения, суверенитет претендует на вечное или хотя бы длительное существование. Суверенитет не совпадает с суверенностью, для этой последней свойственна ориентированность на состояние свободы и самоопределения, суверенитет всегда тяготеет к гегемонии. Маски суверенитета многообразны, однако его сущность остается неизменной. Суверенитет формирует пространство 8 № 12 (Том CIX) ДЕКАБРЬ 2015 LEX RUSSICA Философия права Введение. «Возвращение» ДжамбатТистЫ Вико В истории государства возврат политических форм в исходное состояние (если можно гово- рить об их развитии, а не о простой смене) не редкость. Наполненные новым содержанием, эти формы способны чередоваться и повто- ряться по своим собственным законам. Идея повторяемости, или цикличности, историческо- го процесса неизбежно возвращает нас в сферу мифического. И уже здесь новорожденный по- литический миф, в свою очередь, предлагает некую матрицу, по которой выстраиваются все повторяющиеся во времени политические фор- мы. В мифологической интерпретации «монар- хия» и «республика» остаются только некими идеальными типами, историческую устойчи- вость которых никак не смущает реальное мно- гообразие наличных конкретных модификаций. Демократическая, конституционная монархия соседствует тогда с авторитарной республикой, при этом та и другая сохраняют свою внутрен- нюю, подчас и невидимую, сущность. Тип здесь корректируется внешними и дополнительными формами, такими как режим, форма правления или конституционное устройство, заметно не затрагивающими, однако, глубинного существа фундаментального властеотношения. Смена одного типа власти другим про- исходит на фоне процессов «исторического основания и развертывания» (О. Шпанн), где «основание» является первичным и определя- ющим весь ход дальнейших формообразующих процессов с их креативностью и деструктивно- стью. «Начало» же определяет все последу- ющее развитие и в перспективе итог. Но суть вещей, предупреждал Жозеф де Местр, не сле- дует смешивать с их видоизменениями: первая неизменна и всегда как бы возникает вновь; вторые изменяются и тем самым разнообразят политическую картину, однако «опытный глаз легко проникает сквозь изменчивые покровы, в которые облекается вечная природа в зависи- мости от времени и мест». Политика, сила и креативная энергия государства были для Джамбаттисты Вико моментом настоящей социальной жизни человеческого духа и моментом ощутимой определенности; и уже за ними в своем веч- ном диалектическом развитии следовал некий момент истины, раскрытых оснований, спра- ведливости и этичности. Ведь без страсти, без силы, без власти человечество не рождается: только потом из грубых форм власти возника- ют так называемые цивильные общества. Но варварство время от времени все же возвра- щается. И если Макиавелли в таких ситуациях говорил об искусстве управлять, то Вико под- черкивал именно действенность божествен- ной силы; жестокость и коварство Макиавелли считал неизбежными в политике, а Вико видел и объяснял их как часть человеческой драмы, двойного аспекта реального блага и видимого зла — «видимость неадекватна в свете более высокого блага, рождающегося из прорвав- шейся оболочки старого»1. «Прегрешение разума по отношению к предмету, от которого ему следовало бы вечно держаться в отдалении, это сознатель- ное или бессознательное иезуитство, которое только соблюдает незначащие формы, потому что они ему не мешают, а действительные ме- тафизические преграды, которые противопо- 1 Кроче Б. Макиавелли и Вико // Антология сочинений по философии. СПб., 1999. С. 130. неприкосновенности и требует сосредоточенности власти в одном центре. Институт представительства является для него второстепенным образо- ванием. Политическое внимание сосредоточенно на едином субъекте властво- вания. Субъективность — определяющая черты суверенности. Монархические и республиканские формы достаточно аморфны и неопределенны, чтобы непо- средственно и однозначно быть связанными с понятием суверенитета. Что касается правовой сферы, суверенитет, сам являясь порождением юридиче- ского, формирует нормы и институции, воздействующие на окружающие его контексты. Характерна исключительность, обусловленная субъективизмом, которая свойственна суверенному нормотворчеству. Учреждающее законо- дательство суверена характеризует деятельность как коллективного, так и индивидуального суверена. История монархий и республик во многом схожа именно благодаря этим свойствам суверенного существования.




  2. The Article analyzes the historical process of transformation of political forms and their correlation with such a phenomenon as sovereignty. The research is based on the concept developed by half-forgotten Italian thinker and jurist Giambattista Vico and the theories of sovereignty formulated by Joseph de Maistre and Alexis de Tocqueville, famous ideologists of the Counter-Revolution. A kind of "matrix" of the political forms of those ideologies had always been the image of Rome as a political and multidimensional system, where such principles as “republicanism” and “monarchism” that made a decisive impact on the further development of Europe were legally established. The change of political forms did not affect, however, the essence of statehood that was represented in the form of sovereignty. 24 № 12 (Том CIX) ДЕКАБРЬ 2015 LEX RUSSICA Философия права Sovereignty implies freedom and equality, two principles that complement and contradict each other. The French Revolution rather quickly demonstrated that equality as a political factor comes into conflict with political freedom. The processes of state centralization based on political and legal equality give rise to authoritarian tendencies that change the initial goals of the Revolution. Republican origins turn out to be not identical to democratic origins. Monarchies of “new type” are always ready to replace republics. Sovereignty creates its own understanding of fairness, which is the fundamental concept of law. But for the monarchy and the republic fairness means separate concepts of law and justice. Over time, the new concept of “social justice” appears. This concept supersedes positive law and the political definition of fairness. The Revolution became the turning point in that process. At the same time, Vico’s relativistic views on the political form and justice were supported by emerging political Romanticism in Europe that opened up new perspectives for political and legal theory and practice. Sovereignty as a special legal status may be expressed in both individual and collective forms. Sovereignty is not identical to the dictatorship, although it contains an element of domination. The dictatorship presupposes its existence for a certain period of time and the situation of emergency, whereas sovereignty claims to be eternal, or, at least, to last for a long time. Sovereignty does not coincide with the independence, the latter tend to focus on the state of freedom and self-determination, whereas sovereignty always tends to hegemony. «Masks» of the sovereignty are diverse, but its essence remains indispensable. Sovereignty forms the environment of integrity and requires all powers to be concentrated in one center. The institute of representation is of secondary importance for sovereignty. Political attention is focused on a unified subject of domination. Monarchical and republican forms of government are rather amorphous and undetermined to be directly and unambiguously related to the concept of sovereignty. With regard to the legal sphere, sovereignty, being itself a product of law, forms norms and institutions that affect the context that surrounds sovereignty. The legislature establishing the sovereignty characterizes the activity of both collective and individual sovereign. The history of monarchies and republics is very similar because of these features of sovereign existence.






Открыть во весь экран

Количество просмотров статьи (c 01/12/2014): 1383




  1. нет данных